— Вы здесь новый, — сказал он, опускаясь на стул. — Проездом?

— Скорее всего.

— Это необычно, когда проезжающий вступается за местную девушку. Очень галантно… на самом деле очень галантно.

— Не знаю, как насчет галантности, — сказал я, — но леди дозволено выбирать себе компанию, и с ней должны обращаться как с леди, если только она не даст понять, что ей это не нравится.

— Конечно. Я уверен, что мальчики не имели в виду ничего неуважительного.

— Он внимательно посмотрел на меня. — По-моему, вы давно путешествуете, — сказал он, — а судя по виду вашей лошади, вы путешествуете быстро.

— Когда я покидаю какое-либо место, я покидаю его навсегда.

— Конечно, — он помолчал, набивая трубку. — Мне может пригодиться хороший человек. Человек, — добавил он, — который умеет обращаться с оружием. Я подозреваю, что у вас были трудности.

— Все было. И я много чего повидал, если вы это имеете в виду. Объезжал лошадей, пас скот и всякое такое. Свежевал бизонов, охотился и жил с индейцами, так что на пилигрима я не похож.

— Вы тот, кто мне нужен.

— Может, да, а может, нет. Выводите свои уговоры, погоняйте их по корралю, а там посмотрим, что у них за клеймо.

Во Фланнере мне мало что приглянулось, но когда человек в бегах и есть куча мест, куда он не может вернуться, ему не до того, чтобы привередничать насчет работы.

— Я слышал, эта молодая леди упомянула Эмили Тэлон. Она владеет ранчо «Эмпти» и кое-что мне должна. Она подлая старуха, и ковбои у нее подлые, поэтому я хочу, чтобы вы получили с нее долг.

— А чем плох Спайви? Он похож на человека, который надкусил маринованный перец больным зубом. Ему в самый раз иметь дело со старухами.

Спайви грохнул бутылкой о стойку:

— Слушай, ты! — Он так разозлился, что от ярости брызгал слюной.

— Спайви, — сказал я, — тебе придется подождать. Сейчас у меня желание выпить кофе, и я очень доволен тем, что сижу под крышей, а не под дождем. До тебя дойдет очередь, но не раньше, чем я буду в настроении.